Лесная энциклопедия

Почему введение минимальной интенсивности использования лесного участка - плохая идея

2025-11-09 17:03
Некоторые отраслевые руководители уже давно предлагают установить минимальную интенсивность использования арендуемого для заготовки древесины лесного участка (долю фактически заготавливаемой древесины от установленного договором аренды допустимого объема ее заготовки), при недостижении которой договор аренды будет расторгаться. Вот, например, цитата из недавнего интервью заместителя руководителя Рослесхоза В.А.Спиренкова агентству Интерфакс:
"Также обсуждаются меры по повышению эффективности лесопользования, например, через установление минимального объема использования арендованного лесного участка, при недостижении которого договор будет расторгаться". ... "Мы считаем, что нужно очень грамотно подходить к установлению планок и процентов. Надо учитывать много факторов: логистика, экономическая эффективность заготовки в конкретной точке каждого региона и так далее. Понятно, что где-то на севере Красноярского края, чтобы древесину вывезти, нужно потратить в разы больше сил и средств, чем, например, за 50 км от Красноярска. И, понятно, что это будет сильно влиять на уровень выборки расчетной лесосеки. Поэтому мы в принципе поддерживаем меры, которые направлены на стимулирование освоения расчетной лесосеки и эффективное использование лесов, но понимаем, что это должны быть точечные решения. Каждый регион в лесохозяйственном регламенте должен устанавливать этот процент (минимального использования участка для сохранения договора аренды - ИФ) для конкретной местности, для конкретной территории".
Подходить грамотно - это, конечно, лучше, чем подходить неграмотно.
Однако, сама идея установления минимально допустимой интенсивности использования лесного участка и расторжения договоров аренды за сильное недоосвоение расчетной лесосеки в корне не верна и может принести много вреда.
Во-первых, в масштабах страны или крупных лесных регионов объемы заготовки и использования древесины определяются рынком, платежеспособным спросом на эту древесину. Арендатор обычно и так стремится заготовить столько древесины, сколько может хоть с какой-то выгодой для себя вывезти, переработать или продать. Если правила будут заставлять его рубить еще больше - у него будут образовываться излишки древесины, которую или вообще некуда будет девать, или придется продавать себе в убыток. В краткосрочной перспективе это может привести к некоторому снижению цен на древесное сырье, что может оказаться выгодным для некоторых перерабатывающих предприятий. Но это будет лишь временная, и, скорее всего, очень краткосрочная выгода - многие лесозаготовители и сейчас едва сводят концы с концами, а новые убытки их просто добьют. В итоге краткосрочный избыток древесного сырья, даже если он реально будет, быстро сменится долгосрочным его дефицитом.
Во-вторых, расчетные лесосеки по лесничествам и установленные объемы заготовки древесины по арендным участкам - это в очень большой степени "липовые" величины, имеющие лишь условное отношение к реальности. Для исчисления расчетных лесосек до сих пор используется подход, разработанный в Германии в начале позапрошлого века (больше двухсот лет назад), изначально не очень подходивший для наших условий, да еще и радикально устаревший. Исчисленная таким образом расчетная лесосека может в разы отличаться от реально возможного уровня неистощительного пользования лесом (например, по эксплуатационным хвойным лесам в таежной зоне - часто в три-четыре раза и более). Более того - исчисленная для лесничества в целом, расчетная лесосека произвольным образом делится между арендными участками, что дополнительно увеличивает уровень неопределенности. В результате львиной доли той древесины, которую как бы можно заготавливать по договору аренды, в реальности может просто не быть.
В-третьих, если подход будет дифференцированным по конкретным территориям - это создаст колоссальные возможности для произвола и коррупции. Учесть все факторы, влияющие на рентабельность заготовки древесины в каждом конкретном месте, в принципе невозможно (поэтому, кстати, уже больше тридцати лет не получается ввести так называемый "рентный" подход к установлению ставок платы за заготовку древесины). Поэтому на практике дифференциация подхода, скорее всего, будет означать - как смогли договориться лесопользователи с чиновниками, так и установили минимальный порог интенсивности лесопользования. А необходимость и возможность таких договоренностей - это как раз и есть один из важных коррупциогенных факторов в нашей экономической действительности.
В итоге, введение этой нормы в краткосрочной перспективе может привести (но не факт, что приведет) к небольшому краткосрочному увеличению объемов заготовки древесины и краткосрочному же снижению цен на некоторые категории древесного сырья, а также приблизит банкротство части лесозаготовителей, сейчас балансирующих на грани жизни и смерти. В средне- и долгосрочной перспективе оно, скорее всего, сделает работу российского лесного комплекса в целом менее устойчивой, и ускорит окончательное разрушение господствующей сейчас экстенсивной (бесхозяйственной) модели лесопользования.
Но принципиально ситуацию в лесном комплексе оно уже не изменит.